Глаза и уши общества позднего капитализма

Не так давно на радиостанции «Свободный узел» состоялась премьера аудиоспектакля «Автомастерская «Иисус Христос» музыкальной и перформанс-группы «Общество Зрелища». После спектакля состоялось обсуждение - не слишком, может быть, бурное, но крайне интересное, с пространными комментариями участников коллектива. Событие знаменательное, особенно учитывая, что раньше творчество «ОЗ» было практически обойдено вниманием как слушателей, так и критиков. Думается, что это прекрасный повод более подробно поговорить об «Обществе...», их многосторонней деятельности и общих тенденциях неформатной музыки, производимой и потребляемой в условиях позднего капитализма.

«Общество Зрелища» - это два человека: Александр О. Фролов и Алексей О. Шепелев. В 1997 году, будучи студентами Тамбовского госуниверситета, они решили создать что-то наподобие музыкально-литературного объединения. Так на свет появился, на наш взгляд, один из самых оригинальных и неформатных музыкальных коллективов в истории отечественной (рок? поп?) музыки. Уже с самого начала генеалогия «ОЗ» была довольно сложной - тут и продолжение традиций русского рока (в частности, таких коллективов, как «Гражданская оборона» или, что ближе, знаменитых «Мухоморов» Гундлаха и Звездочетова), и увлечение практикой русского авангарда и ОБЭРИУ (оба участника «Общества» имеют самое прямое отношение к международной Академии Зауми, ядро которой возникло в Тамбове в 80-е гг.), и актуальное искусство с его тягой к образам и символам современной массовой культуры, и целый ряд западных влияний (от группы Fluxus и Генри Флинта до знаменитых скандалистов Throbbing Gristle и Laibach). Список можно продолжать сколь угодно долго. За более чем десять лет своего полуподпольного существования «Общество Зрелища» ассимилировали едва ли не все существующие течения и тенденции современного искусства. Культурная база у «Зрелища» такая же обширная, как, скажем, у дадаистов (их прямых предшественников) - и также, как дадаистам, им она совершенно не к чему. Достаточно вспомнить манифесты Тристана Тцара с просто чудовищным количеством перечисленных «близких по духу» авторов и направлений, которых дадаисты (тот же Тцара) столь умело и виртуозно в дальнейшем проигнорировали. Если чему и научились деятели «ОЗ» у дадаистов - так это подкупающему умению сказать очень много, но по сути не сказать ничего. В принципе, сегодня этим умением обладает почти каждый - не только музыканты, но и писатели, политики, журналисты и т.д. Правда, думается, что в случае с «Обществом» - это, как и у дадаистов, принципиально. В конце концов, объединение «ОЗ» - это не только провозглашенные в манифесте «отгрибизма», «искусство дибилизма» и «радикальный радикализм». Это-то как раз обычное ребячество - на необъятных просторах рунета можно найти много чего подобного - подобного, но не совсем. «Общество Зрелища» - это как раз тот редкий случай, когда важно не то, как это сделано (потому что сделано это зачастую в духе «радикального радикализма»), а то, что собой представляет их творчество. Это самое «что» по нынешним временам, когда отыскать или открыть что-то новое сложно, а то и невозможно, качество редкое. С этой точки зрения творения «ОЗ» приобретают особенную ценность. Что же представляет собой зрелище для современного общества - «Общество Зрелища»? Попробуем разобраться.

При прослушивании их композиций и радиопостановок невольно обращаешь внимание на тотальную условность их творчества. В принципе, в русском роке, о котором так любят поговорить и который так не любят лидеры «ОЗ» и их последователи (т.н. «суб-Общество»), музыка нередко была непримечательной, если не условной, а ведущую роль играл текст (что вполне можно объяснить особенностями советского времени). Вот только в случае данного коллектива - лирика не менее условна, чем музыка. Это не значит, что «ОЗ» не нужно слушать, что у них нет ни музыки, ни слов (есть, но они именно, что условны), как раз наоборот. Просто при знакомстве со многими их работами складывается впечатление, что музыканты намеренно используют подобную технику - музыка и слова, взаимоисключающие друг друга. Это стратегия, причем достаточно продуманная и умелая.

Громогласно провозглашенный «Обществом» «радикальный радикализм» не просто использует заезженные схемы и сценарии, как это делают сотни музыкальных проектов, но сталкивает их друг с другом, устраивает своего рода локальный коллапс. Вербальная и музыкальная условность «ОЗ» приоткрывает условность окружающего нас мира - по крайней мере, мира глазами участников этой банды. Их вроде бы игровое, что называется «тяготеющее к абсурду» творчество на деле оказывается гораздо серьезнее, чем можно было бы подумать. Это не абсурд, скорее игра в абсурд, или, точнее, стилизация под абсурд. Острый критический взгляд на реальность, присущий, скажем, русской реалистической литературе, участникам «ОЗ» гораздо ближе бесконечных игр со смыслом, которыми столь бездумно увлекаются их современники. Самым странным образом пестрые одежды абсурда используются «Обществом» в качестве маскировки и одновременно упаковки для вполне доступных и в общем-то простых мыслей, упаковки, на которую, тем не менее, может клюнуть современный слушатель.

Искусство дебилизма, метод «антикатарсиса» «Общества» родственны тому, чем занимаются герои знаменитых и скандальных «Идиотов» фон Триера, вынужденных разыгрывать из себя умственно отсталых. Примечательно, что «Идиоты» вышли на экраны в 1998-м, через год после явления «ОЗ» миру - идея словно бы витала в воздухе.

Не менее интересно и то, что позиционируют себя участники «Общества Зрелища» как записных авангардистов - наследников «Гилеи» и «ОБЭРИУ». Во всяком случае, создается такой эффект. При этом творчество «ОЗ» нельзя отнести к сильно разросшемуся за последнее время лагерю авангардистов - по своей сути оно является глубоко реакционным, а потому в общем-то враждебным любым авангардным тенденциям. Другое дело, что на авангарде «ОЗ» успешно паразитируют, столь комично разыгрывая из себя «подлинных авангардистов» (в определенном смысле, их творчество - это авангард глазами «ОЗ»: картина, надо заметить, не слишком приятная). В конце концов, их деятельность - это реакция, реакция на почти повсеместное отсутствие смысла. Вот только пошли «ОЗ» от обратного - вместо поисков и утверждения смысла, они решили перещеголять в этой игре авангардистов, или, по крайней мере, тех из них, кто вышел в тираж. И, надо сказать, это у них получилось. «ОЗ» пришли на их поле и с легкостью обыграли последних! Вот так вот - просто и бесшумно - совершили свое «покушение с негодными средствами».

«Общество Зрелища» прекрасно видят все слабости и уязвимые места современного не авангардного даже, а авангардистского искусства и понимает всю бессмысленность и вторичность такого творчества, самой своей «антирыночностью» обеспечивающего себе устойчивую позицию на рынке и процветающего в эпоху мультинационального капитализма. Подобно тучам безымянных исполнителей, производящих безликую и бессмысленную муз. продукцию, «ОЗ» тоже любят бросаться такими словечками, как «авангард», «экспериментальное творчество» и т.д. Вот только из их уст это звучит особенно издевательски. Примечательно, что для «своей собственной деконструкции» «ОЗ» используют не только штампы масскульта, но и клише, широко распространенные в авангардистской среде. Никто еще не издевался над авангардом так последовательно и так беспощадно. Примечательно и то, что слушая «Общество» начинаешь понимать всю беспомощность этой культуры. Однако, мы убеждены, что именно такое «реакционное» искусство как раз и можно назвать подлинно актуальным - в отличие от бесконечных музыкальных (и не только) концептуалистских проектов. В этом парадокс и еще одна насмешка наших героев-маргиналов - сделать реакционное актуальным (или актуальное - реакционным). Попытка вполне в духе «радикального радикализма».

Однако, если бы дело ограничивалось исключительно профанацией поп-культуры и «плохого» авангарда, то, конечно, «Общество Зрелища» вряд ли удостоилось бы отдельного разговора. Творчество «ОЗ» куда как шире, глубже и серьезнее. За социальными, бытовыми и эсхатологическими мотивами, постоянно повторяющимися в их произведениях, стоят вещи и явления более стихийные. Порой кажется, что не «ОЗ» говорит на языке времени, но посредством изобретенного ими диалекта с тобой говорит само время. «Общества Зрелища» - как испорченный репродуктор, из которого доносятся несвязанные слова и звуки, чудовищный рот из пьесы Беккета, захлебывающийся потоком слов, чуткая антенна, улавливающая даже самые незначительные колебания в пространстве и переводящая их на вроде бы доступный язык. При всех своих издевательствах, при всей условности, при всех сомнениях в возможностях музыки и слов, при всей эмоциональности, сами участники «ОЗ» остаются совершенно безучастны и беспристрастны - их «явления евлений» остаются чем-то отдельно от них существующим, как ядовитый газ, выпущенный из баллона.

Характерно, что «ОЗ» толком не выработали оригинального музыкального стиля, не нашли «своего голоса», их творчество, как это принято сейчас говорить, не несет в себе никакого «месседжа» - оно просто существует. Как воздух или вода. Фактически, ни в чем из вышеперечисленного «Общество Зрелища» не нуждаются - они умеют слышать и понимать время. Кто станет желать большего? Отсюда и целая масса неясностей, с ними связанных. Кто они? За кого? Марксисты? Антифашисты? Антилибералы? В том-то и дело, что «ОЗ» - это все сразу и в то же время ничего из перечисленного. Надо отдать им должное - они не спешат, подобно своим многочисленным и недальновидным современникам, рядиться в разные политические цвета, играть в марксизм или в либерализм, их творчество при всей присущей ему изменчивости остается максимально честным. В зависимости от контекста, их с равным успехом можно назвать, как какими-нибудь злобными консерваторами и ретроградами, так и борцами за права трудящихся. Многие вещи «ОЗ» - это просто идеальная абстракция, в рамках которой (если у абстракции вообще существуют рамки) возможны любые движения и преобразования.

Правда со временем в разножанровых созданиях «ОЗ» все сильнее сказывается сомнение музыкантов в возможностях музыки. Изначальные издевательства как над штампами поп-, так и рок-музыки с годами только усилились - т.е. с точки зрения музыкантов поп-музыка просто невозможна, помимо музыки должно быть что-то еще, либо музыки не должно быть вовсе. Формат песни, похоже, скоро и вовсе перестанет их удовлетворять. С самого момента своего образования творчество «тамбовских ситуационистов» представляло собой дикий микс из слов, музыки и самых разных социо-культурных образов - при этом каждое из направлений было выстроено таким образом, чтобы нейтрализовать остальные. При таком раскладе нет ничего удивительного в том, что «вос-производство явлений» «ОЗ» эволюционирует в сторону постепенного, но решительного и неминуемого вытеснения музыки и зачастую принимает формы не песни даже, а каких-то пограничных жанров - видеоперформанса (клипа, в котором видеоряд заведомо ярче, чем музыка или текст), аудиоспектакля или изобретенного «ОЗ» «хрэщ-интервью».

Оригинальный философ и незаурядный музыкант, лидер движения «Fluxus» Генри Флинт, как и участники «ОЗ» боровшийся против засилия бессмысленного искусства, провозгласил некогда эпохальный лозунг: «No more art». Думается, что под ним могли бы подписаться и герои нашей рецензии, быть может, только слегка изменив его на, скажем, «No more music». Пожалуй, это единственная достойная стратегия в эпоху диктатуры неолиберального рынка, для которого даже радикальный «антитовар» становится товаром и средством наживы.

Другие материалы по теме

24.11.2010  | 07:48 «Нас никто не заставляет делать радио»