-
Междисциплинарный семинар РАНХиГС и РГГУ «За забором Академии»10 февраля, МоскваLoading ...
-
четверг, 9 февраля 2012последнее обновление:О конце света с любовьюБаллаБудрайтскисВеретенниковГалкинаГлущенкоЖванияИгруновКагарлицкийКарелинКлимовскийКолесникКолозаридиКолташовКувалдинЛяпинМанчукМартыновМуртазаевНейжмаковОвсянниковОчкинаПаульманТарасовЦветковШапиновШварцШубин
28.07.2009 | 10:01Город детства
Написать комментарий Разместить в своем блоге копировать в буферЧто для меня советское прошлое? Многое из того, что осталось в памяти от шести первых лет жизни, можно интерпретировать только с помощью воспоминаний родителей, однако в голове у меня осталось довольно много ярких впечатлений.
Во-первых, город. Город высоких зданий, стеклянных универмагов и новых школ, которые, как я знал уже тогда, проектирует моя мама, а строит папа. В эти школы по утрам идут пионеры, которые предлагают раскачать 5-летнего мальчика на качелях и обещают сделать это еще раз после уроков.
В городе есть гигантский вольфрамомолибденовый комбинат, и все подчиняется ритму его работы. По улицам проезжает удивительная техника, направляющаяся в горы к карьерам. В горах есть суперсекретная научная лаборатория по поиску нейтрино, о которой, естественно, все знают (в 1986 году ее сотрудники, с длинными бородами и в очках, вполне соответствовавшие стереотипному представлению о советских ученых, отсоветовали моему отцу ехать на ликвидацию последствий аварии на Чернобыльской АЭС, так как датчики лаборатории, по их словам, показали истинный масштаб катастрофы).
В городе звучит разноязыкая речь, и никого это не напрягает.Попавшие по истинно советской системе распределения в национальную республику родители быстро нашли себе друзей и среди русских молодых специалистов, и среди нацменов, как тогда было принято называть местное население, не вкладывая в это определение никакого уничижительного смысла.
Довольно быстро (через год) молодым специалистам дали квартиру. Бесплатно, в новом панельном доме, с видом на горный хребет и стремительную речку, с заметным превышением нормы по площади на трех человек.
Мои родители, советские ИТР, могли позволить себе обедать в ресторанах и заказывать порционные блюда с собой на ужин. В моей памяти остались гигантские кувшины с айраном на столах, накрытых белоснежными скатертями. Каждый год мы ездили в Крым, и воспоминания о ялтинской набережной навсегда остались ярким образом снов. Там же в 1989 году я попробовал советские чипсы, вкус которых я помню до сих пор, а заезды на электрических машинках с токопремной штангой, на которых можно яростно врезаться в другие, поразили мое воображение.
Над городом-в-горах стояли пики с белоснежными вершинами, которые еще много лет будут мне сниться. Там было много иностранных туристов, которые облюбовали великолепные склоны для горнолыжных спусков. Вот в нашей квартире на подрамниках у мамы появились объекты туристической инфраструктуры – и через несколько месяцев не считавшее денег советское государство приступило к реализации проектов.
Горная речка часто выходила из берегов и затопляла селения, и для безопасности города по решению Исполнительного Комитета Совета Народных Депутатов в верховьях была построена плотина. Ее необходимо обновлять круглый год, так как гигантские камни, которые с легкостью тащит река, расшибают плотину каждый сезон.
К родственникам в Центральной России было очень удобно, дешево и быстро летать на самолетах, так что с 9 месяцев я привык к взлетам и посадкам. Квадраты полей и городов, гудение двигателей и качающееся крыло интересовали меня явно больше передвижных столиков с минеральной водой, так что я всегда сидел у иллюминатора. Когда однажды самолет не смог сесть в заявленном пункте из-за непогоды, в Минеральных Водах к «Ту» мгновенно подали автобус, который за пару часов довез нас с дедушкой в город моего детства.
Помню яркое утреннее солнце на фоне снежного хребта, грохот камней в реке, безукоризненную детскую площадку между домами – целый мир для ребенка. Вокруг все менялось, росли кондоминиумы и предприятия, дома появлялась разнообразная техника, папа выкладывал новый кафель, а в ванне плавали живые карпы, за которыми так интересно наблюдать с металлического края.
Пожалуй, таким я запомнил тяжелое тоталитарное советское прошлое – насыщенное, светлое и удивительное.
Но сказка быстро кончилась. Взрывная диссипация всего уклада советской жизни неумолимо вытряхивала советских людей с Кавказа. К началу 1991 года националистическая атмосфера в КБАССР достигла пика, и родители убежали в Центральную Россию. Также поступила и значительная часть русскоязычного населения республики.
Вторая экономика мира исчезла, испарилась, остановилась, и необходимость в гигантском комбинате по добыче и обработке вольфрамомолибденовой руды отпала. Комбинат остановился, город умер. Население сократилось на треть. Средства на восстановление плотины перестали выделять, и следующий весной горный поток прорвал ее и пошел на полупустые уже дома, которые строили мои родители…
Код для вставки в блогДругие колонки автора
07.05.2011 | 06:40 Символ Победы
14.04.2011 | 05:52 Женевские призраки
14.10.2010 | 08:27 Зависимое развитие
04.10.2010 | 16:45 Угроза демократическому процессу в Южной Америке
18.09.2010 | 09:22 Венесуэла и выборы
Все колонки автора
-
2296802




























//таким я запомнил тяжелое тоталитарное советское прошлое – насыщенное, светлое и удивительное//
- ну, Леонид, держитесь! Щас набегут обличители и закричат, что Вы по малолетству не видели темных сторон советской жизни...а как же очереди! а как же репрессивная психиатрия! а почему нельзя было нормально выехать за границу! а как же засилье КПСС!... и прочий набор дежурных штампов...
А мой город детства - город металлургов, для жителей которого, даже если они заняты совсем другим, завод - не просто трубы на горизонте, а некий стержень, на котором держится вся их общая жизнь. И сейчас, попадая в пустующие заводские здания тех времен, в закоулках которых кое-где копошатся, как мыши, всякие мелкие фирмочки, я ощущаю своего рода мистическую жуть. Как будто идешь среди величественных руин какой-то загадочной исчезнувшей цивилизации...
Не совсем понятно, почему нельзя в таком же духе описать жизнь освременного ребенка из "среднего класса" - там тоже ходят в кабаки и летают на самолете - в чем же специфика? В деиндустриализации? А еще?
Может в том, что "средним классом" были все?
Я не был средним классом. Мы жили вдвоем с мамой, она работала на двух работах и еле сводила концы с концами. Все наши тогдашние знакомые были более или менее рабочими (строителями водителями слесарями) т.е. сильно трагично и бессмысленно пьющими людьми, которые с детства предупреждали меня об одном: будь, когда вырастешь, кем угодно, только не рабочим т.е. не таким, как мы. Ещё они недолюбливали евреев и кавказцев и очень уважали блатную песню. К советской лексике, которая шла из радиоточки и телевизора они относились как к шуму моря т.е. не то, чтобы не верили, а просто не вдавались, партийные митинги воспринимали со злым юмором, говоря о выступающих "кукарекают до усрачки". Когда всё затрещало по швам, они вроде бы радовались и Ельцина воспринимали как своего мужика, но очень быстро решили, что произошла окончательная победа евреев и кавказцев. Теперь их дети (я живу там же) все более или менее скинхеды. Ещё в моем детстве была тётка, жена советского офицера, она олицетворяла партию т.е. багровела и орала, когда слышала нечто не достаточно почтительное про эту самую партию, читала в красном уголке доклады, в которых, как выяснялось дома, ни слова не понимала, а в свободное от докладов время спекулировала махером в промышленных количествах, который они вывозили из ГДР по армейским каналам. Этот гешефт был самой страшной тайной моей семьи, о которой запрещалось говорить вслух. Было ли в этом советском детстве что-то хорошее? Да, библиотека, набитая советской фантастикой. Казанцев, Ефремов и Стругацкие научили меня думать и отличать себя от всего этого. Подростком я перестал стричься и начал слушать русский и нерусский рок. Нас стригли тогда насильно, учителя в школах и менты, поймав на улицах. Моя тётка поддерживала такую воспитательную диктатуру и любила пощелкать ножницами перед моим носом. Потом всё это поплыло и развалилось. С тех пор я уважал хунвейбинов Мао, студентов Маркузе, новых левых, красные бригады, контркультурные коммуны автономов, партизан-латиносов, радикальных акционистов и даже бомбистов-одиночек, вроде унабомбера, но только не эту фарисейскую тошнотворную обывательскую трусливую и беспросветно подлую среду своего советского детства. И даже не знаю, завидовать ли тем, у кого советское дество было другим.
Я хотел бы не возразить Вам (собственно, не на что, у каждого свой опыт в жизни), но хотел бы немного добавить к нарисованной Вами беспроглядной картине. Не кажется ли Вам, что весь советский мир, со всеми кошмарами его заката, которые зародили в Вас любовь к бунту (судя по описанным пристрастиям) был рожден именно как результат действий таких же бунтарей, как те, которые Вам нравятся? Поколения народовольцев, эсеров, бомбистов-террористов, крестьян-бунтарей, сжигавших усадьбы и деливших землю – все это в результате дало скучный и упорядоченный мир всеобщего декларируемого равенства (естественно, относительного). Не кажется ли Вам, что это именно причина и следствие? Посмотрите на современный Китай, к чему привели времена цзаофаней и хунвейбинов (с китайской спецификой, естественно)? Мир романтического сопротивления и революции не может быть постоянным.
P.S. Может, это особенность Кавказа в 80-е, но жизнь там не стояла на месте, она была динамична, благосостояние людей росло и описанных Вами проблем, ни национальной розни, бытовой или открытой, ни пьянства не было. У города была ясная цель по строительству новых мощностей комбината и соответствующего расширения жилого фонда и инфраструктуры. И население решало эти задачи, без морального упадка и уныния.
Конечно, "кажется", более того, это совершенно очевидно. Революция не бывает вечной, через какое-то, впрочем, довольно продолжительное время, возникает новая стабильность и она бывает (но не обязательно) так себе на вкус. Я почему-то уверен, что жизнь на нынешней Кубе не содержит в себе и половины всей той позднесоветской дряни, о которой я помянул в своем комментарии. Так что конечно стабильность стабильности рознь. Но сам факт "стабилизации" революционных режимов это ведь ещё не аргумент против революции, как средства решения не решаемых иначе проблем, и как шага на историческом пути обществ к большей свободе своей самореализации. В этом смысле сейчас в Иране очень интересная ситуация с Мусави. С одной стороны, люди, вышедшие за него на улицы искренне кричат о необходимости возврата к идеалам антишахской революции и как бы заново эту революцию переживают, они сторонники очищения революционного идеала от более поздних наносов. С другой стороны, всё это слово в слово напоминает Горбачева, который тоже соблазнил всех мечтой "возврата к ленинским принципам" и борьбой с привилегиями оторвавшейся от народа элиты. Т.е. при абсолютно верном пафосе "возврата к революции", этот тлозунг слишком часто используется внешними конкурентами просто для того, чтобы обрушить систему и захватить её в состоянии хаоса под своё влияние.
И напоследок более личное замечание: "не может длится вечно" это же ничего не доказывает. Кто сказал, что для наполнения нашей жизни смыслом, для нашей самореализации, для нашего участия в истории, что-то непременно должно "длиться вечно". С моей точки зрения, жизнь тех, у кого были хотя бы "10 дней, которые потрясли мир" гораздо интереснее и важнее тех, у кого была сплошная стабильность десятилетиями.
Партизану: на Кубе жароко и там много мулатов (и мулаток)), что порождает иной гормональный фон, а он и иные "ощущения" (в том числе и острые).))
Я, как поручик Ржевский, мыслю физиологично.
Леониду: не согласен, что в Союзе все были средним классом. Я был им, но меня все время мучило чувство вины за это - дед мой был нерядовым военным, у нас была сталинская 3-комнатная квартира (она и щас есть), хотя не было машины, дачи и прочего (потому что дед с бабушкой были упертые коммунисты и считали, что все это лишнее - материально это было возможно).
Но вокруг меня были те, на кого постоянно ориентировалась мать: люди с 2-этажными особняками (в Абхазии), отлично одетые - один из них был чуть не прототипом Артура из "Воров в законе")), с другой был мой одноклассник, живший вчетвером в 12-метровой комнате без удобств, высота потолков 2 метра - старый греческий дом 19 века. Родители были инженеры. И меня мучало, что мы с матерью (дедушка с бабушкой скоропостижно умерли) живем на 66 метрах, а она злилась и ругала меня за "страсть к уравниловке". Естественно, на первых порах она поддержала Ельцина, а потеряв потом свой сносный уровень жизни в разы, проклинала его последними словами.
... имя этому городу - Тырныауз. Удивительные места... хватит грызться - красота спасёт мир!!!
А у меня была в Тырныаузе подруга по переписkе... не знаю,где она сейчас... Kстати, я СССР помню не тольkо по детству; прожила в нем почти 23 года, и мои воспоминания очень созвучны Вашим. Не знаю,можно ли тут давать ссылkи; на тот случай, если нельзя: поищите в яндеkсе "Совьетиkа" Ирины Маленkо (написано на основе воспоминаний об СССР, kakим он останется навсегда в моей памяти). Cпасибо Вам большое за Вашу статью!
ностальгия...
Комментарий удален
В СССР прожила я 25 лет, воспоминания детства - скука смертная. Благостный 1971 год - мне 6 лет нет мультфильмов по телевизору, их очень редко застанешь - моя возмущенная фраза: "одну рожу Брежнева показывают" и ярость мамы, которая навсегда пресекла попытки социального протеста. Честно сказать мультиков насмотрелась уже растя своих детей - на видео. Благостный 1977 год, я узнала одну семейную тайну, случайно. И мамины круглые от страха глаза: "Никогда, никогда никому не говори, что брат твоего деда ушёл в белыми в Харбин!" Она и в 70-е боялась. Одноклассники в 7-8 классе вздыхали от скуки - хоть бы ядерная война началась, что ли. Ну, конечно, всё дёшево, все благополучны, у всех квартиры новые( вот только дом комбинат построил по самому старому и дешёвому проекту - хрущевку, это в 1974 году), летать, ездить куда хочешь можно, но это воспринималось как воздух - естественно, это у нас никто не может отобрать. Многие и в 1991-92 годах ещё продолжали так думать. За это и благодарности-то никакой никто не испытывал. Моя подруга сейчас кричит:"Мы жили в дерьме!" Она жила в 3-комнатной квартире новой планировки. Ну и купи себе сейчас 5 комнатую, что же ты на 9 метрах маешься? Самое светлое окно, свежий воздух - перестройка, надежды. Хоть нас 20-летних Горбачёв уже называл "потерянным поколением". А с 1992 года наступила такая же невыносимая скука и тянется до сих пор. Мне можно сравнивать, я помню. Если бы не это, если бы было развитие фиг кому СССР дал бы себя развалить.
Я хоть и обличитель, и ярый антисталинист, ощущаю подобные нестроения. СССР при всех своих недостатках был всеже шагом вперед в развитии человеческого общества, особенно ясно это становится сейчас, когда мы вернулись на "столбовую дорогу цивилизации" в капитализм. Нашу семью можно было назвать бедной, но никакого дискомфорта мы не ощущали. Что особенно тепло вспоминается, это тогдашнее чувство нормальности базовых общественых отношений, когда вор воспринмался вором массовым сознанием, подлец подлецом, предатель предателем. Общество в освоей основе было более здоровое и уверенное в своем будущем. Отношение между людьми были более гуманными и добрыми. Вот в этом на мой взгял основная заслуга СССР.
Наверно я параноик, как и все те, кому запомнились именно солнечные дни в детстве до 90-х. и беспросветные пасмурные 90-е. Конечно, можно гордиться тем, что ты носил пионерский галстук повязанным на коленке, в знак призрения к системе, а в принципе это был плевок в людей старшего поколения, стариков учителей, которые будучи сами детьми, этот галстук мечтали заслужить. Изуродовав школьную форму, написать на ней «Алиса» или «Кино»! Да это поступок, многие, став зрелыми людьми (по возрасту) до сих пор этим гордятся. Мочиться мимо унитаза, в школьном туалете тогда тоже стало вдруг протестом. Показывать средний палец, директору женщине, которая не пускала в школу подростков с жвачкой и без сменной обуви. А сегодня этим «революционерам» может прийти в голову, что в этой школе, были мы, младшеклассники, мы смотрели на это и воспитывались этим? Не однократно я приходил домой в сменной обуви, потому что вот такие вот «революционеры», тырили обувь в раздевалке у маленьких, и ради забавы выбрасывали её на помойку. Помню, я смотрел на школу глазами детсадовца, там училась моя старшая сестра, я проходил мимо здания школы и стадиона, цветущих ухоженных клумб, ровной разметки линейки, чистых ещё неисписанных школьных стен и не изгаженных углов, и искренне восхищался учениками. Мне хотелось поскорей получить ранец, одеть форму, иметь право носить значок октябрёнка или повязать пионерский галстук, и быть одним из них и гордо именоваться учеником. Недолго я гордился школой, поступив в неё. Она уже вырождалась как многое и многие в стране, в стране, которая всё же была способна дарить солнечное детство.